Среда, 01 декабря 2021 00:00
Оцените материал
(1 Голосовать)

АЛЕКСАНДР КАРПЕНКО

«БОГ – ВНУТРИ НАС, А СЕРДЦЕ – СНАРУЖИ»
духовные стихи


***

Ты просто живёшь – и приходит твой час.
Себя не кори и не мучай:
Ведь с равною долей участвуют в нас
И опыт, и гений, и случай.

Иссякнет, бывает, небесная бронь.
Ничто не даётся бессрочно.
Но, если сойдёт благодатный огонь,
Записывай в сердце – построчно.

И, может, Всевышний однажды, в страду,
Простит тебе эту длинноту –
За то, что нечаянно, в полубреду
Ты взял свою верхнюю ноту.


***

У поэта, что к небу готовится,
Испытание есть – крестословица.

Он плывёт на плоту между рифами,
Осенён перекрёстными рифмами.

Не находит он неба – и мается:
Жизнь разбитым стеклом разлетается.

Лапой львиною бьёт она в лоб его –
И бессмертное требует топливо.

На церквах – купола позлащённые,
А стихи – вот беда – некрещёные!

Лишь душа – голосов страстотерпица –
В неизбывности музыки теплится,

И родная сестра – крестословица –
К потаённому небу готовится.


***

                              В. Третьякову

Разбередив пространство лет
И всё былое растревожив,
Я вспоминаю, как секрет,
Что жизнь и смерть – одно и то же.

Они всё время бродят в нас,
Друг другу возмещают ссуды,
Перетекая всякий раз,
Как влага в спаянных сосудах.

И возрождаясь наяву
В неистребимости природы,
Вдруг понимаю, что живу –
А Бог приходит и уходит.

Как будто рвётся цепь времён –
И смутно чувствую вину я;
Я не живу – лишь существую,
Когда уходит в небыль Он.

Как расцветает вместе с Ним
Души пространная обитель!
А Он во мне – как будто зритель,
Всё время уходя к другим.

Всему, всему, что рождено,
Свой беспокойный век отмерен, –
Нет, это я Ему не верен,
Не оценив, что мне дано!

И я иду на божий свет,
И жизнь земную не итожу,
И понимаю, не секрет,
Что жизнь и смерть – одно и то же.


***

           Причастный тайнам, плакал ребёнок –
           о том, что никто не придёт назад.
                                                       А. Блок

В печальных застенках былого,
В начале начал на земле,
Когда ещё не было Слова,
Ребёнок заплакал во мгле.

Рыдал он о краткости мига,
Непрожитой жизни трубач.
Тогда не пришла ещё Книга.
Я знаю: в Начале был Плач.

И вижу картинку спросонок:
Один на развилке дорог
Всё плачет забытый ребёнок.
А людям мерещится – Бог.


***

Отлучённый от тяжести тела,
Зажигаю гирлянды в ночи.
Что ты шепчешь, незримый, несмело?
Не молчи, милый друг, не молчи!
Дай мне руку во тьме непогоды,
Осени меня мыслью простой –
Чтобы веры распетые своды
Озарились счастливой звездой.

Угасают небесные звуки
В лабиринте растерянных лет.
Протяни свои зрячие руки –
Чтобы вызрел молитвенный свет
В сердце тёмном. И думой ответной
Унесусь я в Твои небеса,
И зажгутся в ночи безрассветной
Голосящие угли – глаза.


МОЛИТВА

«Ты услышь меня, Господи, Отче наш,
Уповаю на милость Твою», –
Весь в крови, я стонал на обочине,
Позабытый друзьями в бою.

«Не пристало идти тебе в зрители,
Вспомни только Себя на кресте,
Ведь найдутся за павшего мстители», –
Возопил я в глухой черноте.

Мне ответило марево грохота,
И тогда, средь огня и песка,
Я возвысил свой голос до шёпота –
И меня услыхали века.


***

Из земли, изувеченной язвами мин,
Измождённые, злые как черти,
Ветераны боёв возвращаются в мир
На правах победителей смерти.

И не скажут вам метрики, сколько нам лет:
Так случилось – на высях сожжённых
Прикоснулись мы к вечному миру, где нет
Победителей и побеждённых.

Вот поднялся наш лайнер, мы вышли в зенит,
Жизнь и смерть – мы раздвинули грани!
Только на север, на север летит,
А душа остаётся в Афгане.

И, преследуя солнце, мы рвёмся домой –
К нашим семьям, по нам тосковавшим, –
А над выжженной солнцем афганской землёй
Наши души вселяются в павших.


***

Ты храни меня, Бог, от поспешности
Скороспелых порывов души;
Ты храни меня, Бог, от безгрешности,
От цветов нераскаянной лжи;
От кристаллов замшелого инея,
Притупившего пламя сердец,
От шпионящей свиты уныния,
Окружившей мой снежный дворец;

От угарного запаха тления,
От лица, перевравшего роль,
От упавшего в вечность мгновения,
Растерявшего трепет и боль;
Ты храни меня, Бог, от обочины,
И, серебряным ветром гоня,
Если зреет в душе червоточина,
Ты храни меня, Бог, от меня!

Ты храни меня, Бог, от безумия;
От грызущего душу стыда;
Чтоб расплавленной лавой Везувия
Память сердца не сжёг без следа;
И тогда – в передрягах непрошеных,
В лабиринтах гудящих дорог,
Я душой обниму тебя, Боже мой, –
Что хранил ты меня – и сберёг!


***

                    Кириллу Ковальджи

Собираю Бога из богатств,
Кладезей души, безумств дороги;
Не боясь невольных святотатств,
Прямо в сердце – собираю Бога.

Собираю Бога из потерь,
Совпадений смыслов, слов и чисел,
Чтоб открыть таинственную дверь,
Где судьба свой обронила бисер.

Собираю Бога из тоски
По чему-то высшему, чем знанье.
Пальцам, обжигающим горшки,
Время собирать настало камни.

Собираю Бога из любви,
Согревая странствия свои.
Только не спешу поверить я
В то, что Он – мозаика моя.


***

Как легко искушать наши души!
Бог – внутри нас. А сердце – снаружи.

И они одинаково властны
Над душой, одинокой и страстной.

И душа, не таясь перед роком,
Между жизнью зависла и Богом.

Перед славой земной не робея,
Мы запустим бумажного змея,

Чтобы в небо своё разбежаться.
Удержаться бы там, задержаться!

И услышит имеющий уши:
Бог – внутри нас, а сердце – снаружи.


***

И я бы так хотел
бесстрастным быть, как Бог,
Мятущейся душе
апостолом быть верным;
С любовью принимать
и таинства дорог,
И сердца миражи,
и мира злые скверны!

И я бы так хотел
быть целостным, как дух,
И, к радости печаль
нисколько не ревнуя,
С улыбкой на устах
быть всем как верный друг,
И с высоты глядеть
на жизнь свою земную;

В гармонии прожить –
не так, как на войне;
Не тратить силы зря
на спор и укоризны.
Не то, чтоб идеал
был недоступен мне.
А просто идеал –
враждебен
сути жизни.


***

Страшно, коль звук не поспеет за слогом!
Страх – это мост между жизнью и Богом.

Выйдешь из дома – а смерть за порогом;
Страх – это мост между жизнью и Богом.

Жизнь или Бог? Впрочем, это не важно –
Ведь выбирать одинаково страшно!

Страх не успеть все сомнения выбил:
Мост – это, в сущности, взорванный выбор!

Век в ожиданьи проходит за веком.
Страшно прожить на земле человеком.


***

Возьми меня, небо, улиткою слуха…
Духовного хлеба отломишь краюху
И станешь молиться – душе на потребу.
Испуганной птицей возьми меня, небо!

Пространства иные открыть нам не поздно;
Я тайны ночные вдыхаю позвёздно.
И в ангельском хоре забудется горе,
Сольются в мажоре и небо, и море.

Из выси волною спускаясь по следу,
Господь надо мною одержит победу.
И мир мой проснётся, вернётся в движенье,
Во благо души обратив пораженье.


НЕЗНАКОМКА В ГОРОДЕ

                      И, странной близостью закованный…
                                                   Александр Блок

Вышел из дому я с опаскою.
Вижу, жизнь идёт, скрыта маскою.
Я решил тогда ей представиться:
– Что несёшь в себе ты, красавица?

– Несу светлое,
несу разное –
Несусветное,
несуразное.
Несу мирное,
несу жаркое,
Несу минное,
несу жалкое.

И кивнул тогда этой даме я,
И пошла она на свидание.
Сердцем вздрагивал поминутно я:
«Я же – твой, пойми, юдо чудное!»

Жизнь и смерть, смотрю, обнимаются.
Только масками не меняются.
Удивляются им учёные.
И всё снятся мне очи чёрные.


ХРИСТИАНСТВО

В этом снежном мареве зимы
Нам уже недолго ждать расплаты.
Жизнь есть своеволие – и мы
Изначально в чём-то виноваты.

Точек зренья вечная война,
Дерзновенье, страсть, полёт Икара.
Мы живём – не в этом ли вина?
Мы умрём – и в этом наша кара.


ПОСЛЕСЛОВИЕ

            А из каких начал вещам рождение,
            в те же самые и гибель совершается
            по роковой задолженности.
                                           Анаксимандр

Я прожил век – и мне негоже
Роптать, что скуден был удел:
Всем, всем, что золота дороже,
Я безнаказанно владел.

На сломе загнанной державы,
Ущербной, как рожок луны,
Владел я призрачною славой
Певца бесславной той войны.

И жаждой мудрости увенчан,
И нервом нежности томим,
Любил я самых славных женщин –
И нежным полом был любим.

Но знаю я: владенья бренны –
И, может быть, в ином краю
Придётся звёздами Вселенной
Платить за преданность свою.

Ты мне явился в снах, Всевышний,
И, верен слову и судьбе,
Я, овладевший тайной жизни,
Готов отдать её Тебе.

Прочитано 999 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

 



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс цитирования