Оцените материал
(0 голосов)

К 220-летию А.С. Пушкина

ВИТАЛИЙ ВУЛЬФ

СУДЬБА НАТАЛЬИ НИКОЛАЕВНЫ ГОНЧАРОВОЙ-ПУШКИНОЙ

Наверное, я сам себе не могу объяснить, почему меня волнует судьба Натальи Николаевны Пушкиной. Её ненавидела Ахматова, любимый мой поэт, ненавидела лютой ненавистью, как злейшего своего врага. О ней с гениальной едкостью писала Цветаева: «Сон или смертный грех – Быть как шёлк, как пух, как мех, И не слыша стиха литого, Процветать себе без морщин на лбу. Если грустно – кусать губу, И потом, в гробу, Вспоминать – Ланского» (I, 325).

К ней очень много людей относилось дурно. И след негативного отношения, острый, резкий, сопровождал её всю жизнь. Несколько лет тому назад на меня произвёл очень большое впечатление маленький сюжет, который произошёл во Франции.

Я приехал в Буживаль, в Тургеневский музей. Он находится в очень плачевном состоянии, мэрия хочет его продавать. Во Франции он никому не нужен. Купить его хочет один Никита Михалков. А человек, который всю жизнь отдал этому музею, именно Михалкову не хочет его продавать. Идут нескончаемые переговоры. Это – милый, уже достаточно старый человек, эмигрант, всю жизнь проживший во Франции (его туда привезли маленьким мальчиком 10-ти лет), показывал музей, который закрыт. И вдруг говорит: «Вы читали письма к Тургеневу, написанные графиней Меренберг? Они были у меня в руках».

Графиня Меренберг – дочь А.С. Пушкина – Наталья Александровна. Она боготворила Тургенева. Наталья Александровна жила за границей, она к тому времени уже была женой принца Нассау. Это была ослепительная женщина, совершенно невероятной красоты. Похожая на отца, единственная из четверых детей. У неё как бы отцовское лицо, но шея, стан – Гончаровские, и страсть в лице. Она писала Тургеневу о том, что обожает «Дворянское гнездо», что «Дым» – её любимый роман, что любит литературу, потому что её папенька тоже занимался литературой, и у неё это, наверное, в крови – любить литературу. И так она ему писала до того момента, пока Тургенев её не спросил: а кто ваш папенька?

Фамилия папеньки была – Пушкин. Тургенев в тот же день уехал в Ниццу. Она жила в Ницце. Её имение сохранилось по сей день, оно находится в Каннах. Из Ниццы он уехал в Канны и встретился с ней. Она сказала, что у неё есть письма папеньки к маменьке и письма маменьки к папеньке и она с удовольствием их ему отдаст. Но, естественно, не бесплатно. Наталья Александровна ничего не делала бесплатно. Она дала ему эти письма за 5000 рублей золотом.

Тургенев заплатил, написал Стасюлевичу письмо, что у него в руках ценность, что он прочёл письма, что это ошеломило его, потому что это – прежде всего даёт возможность иначе взглянуть на Наталью Николаевну. И Стасюлевич поместил в первой книге журнала «Вестник Европы» за 1878 год письма Пушкина к Наталье Николаевне, объявив, что в следующем, во втором, номере будут опубликованы письма Натальи Николаевны к Александру Сергеевичу.

Но начался невероятный скандал. Два брата Натальи Александровны были возмущены – и Александр Александрович и Григорий Александрович. Они были сказочной внешности оба, особенно Александр Александрович, – люди редкой мужской красоты, очень похожие на Наталью Николаевну и совсем не похожи на Пушкина. Как и старшая пушкинская дочь, Мария Александровна Гартунг. Это все знают, это хрестоматийно, что встретившись с нею, Лев Толстой с неё писал внешний облик Анны Карениной в романе «Анна Каренина».

Надо сказать, что она менее болезненно отнеслась к публикации писем. Мария Александровна была уже к тому времени вдова, одна из самых несчастливых женщин и самая несчастливая из пушкинских детей. Она умерла в 1919 году почти в нищете. Сидела на скамье около пушкинского памятника. Луначарский добился, чтобы ей дали пенсию, но пенсию она не успела получить. Она всю жизнь прожила в России в отличие от Натальи Александровны, которая приезжала в Россию только на открытие памятника своему отцу.

Все четверо детей очень любили мать. И с матерью у них были свои отношения всегда. И когда письма Пушкина были опубликованы Стасюлевичем, то оба брата готовы были его убить. Потому что это был верх неприличия в конце прошлого века – публиковать частную переписку. Сегодня любое письмо, найденное вдовой, немедленно публикуется. За 100 лет все изменилось. В конце XIX века это считалось невозможным. И братья забрали письма Натальи Николаевны и привезли их в Россию, отдали в Румянцевский музей – судьба их неизвестна. Они исчезли из Румянцевского музея в годы революции.

Наталья Александровна, с которой я начал свой рассказ, графиня Меренберг была, на мой взгляд, уникальная женщина. Ей было 16 лет, когда она вышла замуж за сына злейшего пушкинского врага – Дубельта. Наталья Николаевна не могла этого пережить – она не была на венчании, но отговорить дочь было невозможно. Дубельт, как известно, человек III отделения, который описывал письма Пушкина, перлюстрировал их, вскрыл частную переписку, когда мёртвый Пушкин лежал в кабинете, в 1837 году. С его именем для Натальи Николаевны было связано всё очень тёмное, мрачное. Она трагически отнеслась к этому тогда. Она всё помнила, но изменить ничего не могла.

Наталья Александровна венчалась в 1853 году, ей ещё не было 17 лет (она родилась в 1836 г.). Последняя дочь Пушкина. И она стала Дубельт. Родила троих детей, у неё был сын и две девочки. Муж был красив, ревновал её со страшной силой. Она давала ему все основания для ревности. Она оставила двух детей маменьке, младшую же дочь Анну согласилась воспитывать тётка Дубельта Базилевская, и уехала за границу без развода. Когда она уезжала, мать передала ей письма отца к ней и свои письма к Пушкину. Она её умоляет распорядиться ими только в том случае, если будет в этом какая-нибудь нужда. И с этими письмами Наталья Александровна покинула Россию.

Она приехала в Германию – здесь из-за неё начались дуэли. У неё было бесчисленное количество приключений. За ней ходил по пятам принц Нассау, племянник английской королевы Виктории. Он несколько лет добивался её, и в 1868 году в присутствии королевы Виктории в Лондоне (уже после смерти Натали) состоялось венчание Натальи Александровны и принца Нассау, и она получает титул графини Меренберг. Отец её мужа передал ей в дар поместье в Баден-Бадене. Она приехала в Баден-Баден, но ей не нравилась Германия и она переехала на юг Франции. И в Каннах она и жила, до самой смерти в 1913 году. Она всегда вспоминала мать. Мать всегда вспоминала и Мария Александровна.

По-моему, ни в одной судьбе нет такого количества загадок, как в судьбе Натальи Николаевны. О ней написано немало книг. Я вот прочёл недавно книжку писательницы Агнии Кузнецовой «Мадонна» – сентиментальное писание, которое мало что даёт. В этой книжке мало фактов. А между тем в судьбе Натальи Николаевны есть реальные обстоятельства. Их раскопали два человека, чьими материалами пользуются, не ссылаясь на них.

Ирина Ободовская и Михаил Дементьев – два преподавателя, которые вышли на пенсию, пришли к директору Пушкинского музея Александру Зиновьевичу Крейну, в Москве. И сказали ему о том, что «мы очень любим Пушкина с детства. Мы хотели что-нибудь делать». Он сказал: «А что можно делать, вы знаете, у нас много сотрудников, я ничем не могу вам помочь. Единственное, что я могу вам посоветовать: идите в архив, там лежит огромное количество документов Полотняного завода. Их никто не разбирал. А вдруг вы там что-нибудь найдёте». И они ходили туда как на работу. И каждый день смотрели счета на овёс, на лошадей, на повозки. И однажды среди них обнаружили письмо со знакомым почерком. Это было письмо Пушкина. Подлинник, адресованный брату Натальи Николаевны. Именно они написали две книги: «Вокруг Пушкина» (М., 1975) и «После смерти Пушкина» (М., 1980). Эти две книги полны фактического материала, потому что в архиве было очень много писем Натальи Николаевны, написанных её рукой, – они были адресованы братьям и сестре.

Я читал её переписку с Ланским, вторым мужем Натали. Это то, что ей не могли простить в свете, никогда и никто. Она осталась вдовой, когда ей было 24 года. И у неё было 4 детей.

В 1927 году Академия наук издала том писем Пушкина к Елизавете Михайловне Хитрово. Это очень интересное издание, прежде всего своими комментариями. Элиза Хитрово, дочь фельдмаршала Кутузова, мать двух ослепительных женщин XIX века, блистательных графини Екатерины Тизенгаузен и графини Долли Фикельмон. Муж Долли Фикельмон был посланник Австрии в России, и Элиза жила с незамужней дочерью – Екатериной.

Маленький шаг в сторону. Элиза Хитрово была некрасивой женщиной. Над ней подсмеивались в Петербурге, потому что она носила платье с оголёнными плечами. Убедить её в том, что это неэлегантно, было невозможно. Она была очень добрый человек; вышла замуж в 19 лет за красавца графа Фердинанда Тизенгаузена. И у неё родились двое детей – две дочери. Кутузов её обожал. У Кутузова было пять девочек, только одна ездила за ним повсюду. Она была и во время войны 1812 года с ним, она была с ним в 1805 году при Аустерлице. И при Аустерлице Тизенгаузен погиб. Образ Тизенгаузена и вся сцена гибели его при Аустерлице – послужили материалом Льву Николаевичу Толстому при написании «Войны и мира». Прообраз князя Андрея – граф Фердинанд Тизенгаузен. И она осталась одна с двумя девочками. Она горько плакала, плакала довольно долго, лет шесть, потом вышла замуж за тщедушного, не очень красивого, не очень умного человека Николая Хитрово. Его не любил Кутузов, в основном за то, что он не принимал участие в войне 1812 года. Это считалось неприличным – не принимать участие в войне. Это сегодня чувство патриотизма исчезло на корню – всё сделано для того, чтобы его не было. Сегодня можно прочесть интервью знаменитых актрис о том, что они не хотят играть для русской публики, только для иностранной. Тогда это было невозможно.

Элиза прожила с Хитрово недолго. Ему выхлопотали место посланника во Флоренции, и она уехала с ним во Флоренцию. Там он и умер в 1819 году, погребён в русской церкви в Ливорно, оставив жену в прежалком положении, с долгами и без копейки. У неё была масса друзей. Все друзья были послы и короли, посланники и королевы. И самый большой её друг – принц Вильгельм. У её младшей дочери, красавицы, умницы Долли Фикельмон, с Пушкиным был роман. Муж был старше её на 27 лет, австрийский генерал, граф Карл Людвиг Фикельмон. Она с ним прожила всю жизнь. И Элиза жила до 1830 года со старшей дочерью, которая всегда обитала в Зимнем дворце. Это была сама близкая подруга императрицы России, императрицы Александры Федоровны, жены Николая.

В томе, который был издан в 1927 году, есть интереснейший комментарий к письмам Пушкина к Элизе Хитрово.

Когда Пушкин умер, Элиза тотчас приехала и стала на колени в кабинете около гроба и стояла на коленях, её никто не мог поднять. Она рыдала, потому что это была её самая страстная любовь. Она любила Пушкина безответной любовью. Он ей писал довольно иногда резко, хотя делился с ней всем сокровенным, потому что она была для него как бы нитью, связывающей его с Европой. Через неё он получал французские газеты, сведения о том, что происходит на Западе. Существует запись, как весь Петербург приезжает в дом Пушкина посмотреть на Натали. Она была в беспамятстве. У неё так сгибался стан, что её лоб касался пола. Её били конвульсии, она была в невменяемом состоянии. А дочь Екатерины Андреевны Карамзиной, злая Софи, именно в это время отмечает в своих письмах, что ей чёрное было к лицу. И все ездили на неё смотреть; потом её увели во внутренние комнаты. А увести могла только её сестра. Одна из загадок, неразгаданных тайн – она всегда абсолютно подчинялась Александре Николаевне во всём, всегда.

Ободовская и Дементьев обнаружили переписку сестёр, или точнее, письма Натали к Александрине. Их очень интересно читать. Особенно, когда это касается третьей сестры – Екатерины Николаевны, той самой Катрин, которая вышла замуж за Дантеса. Дело в том, что Катрин умерла в октябре 1843 года в Сульце. И сегодня её могила сохранена рядом с могилой Дантеса. И Дантес написал письмо Александрине. Он сообщил ей о смерти сестры и написал письмо брату Натальи Николаевны Сергею о смерти жены. И Александрина пишет брату: «Нашей бедной Кати нет больше на свете, помолимся за нее…»1.

Очень интересно письмо Натали брату Дмитрию. Оно довольно большое, но один абзац безусловно интересен. «Смерть нашей бедной сестры должна была её [маменьку] ужасно опечалить. Сердце у меня сжимается при мысли о состоянии, в котором она должна находиться»2. И больше ничего. Она не переписывалась с сестрой, не посылала ей никаких приветов и более чем холодно встретила сообщение о её смерти. Там есть очень много загадочного. С Пушкиным Наталья Николаевна прожила 6 лет, беременна была 6 раз, родила 4 детей: 2 мальчика и 2 девочки.

Вся история с Дантесом хорошо известна и полна тайн. Сегодня во Франции опубликован архив Геккерна, но загадок осталось много.

Дантес был очень красив. К нему нежнейшим образом относилась императрица. После дуэли она резко изменила отношение к Дантесу. Резко.

Екатерина Николаевна посетила дом, где она жила вместе с Пушкиным. Один-единственный раз после его гибели. Когда она приехала попрощаться с сестрой. Это уже было после дуэли, перед тем, как должны были освободить Дантеса и они должны были уехать за границу. Это свидание было очень коротким, в присутствии братьев, сестры Александрины и тетушки Екатерины Ивановны. Наталья Николаевна была бесслёзна. 16 февраля 1837 года Натали покинула Петербург с детьми в сопровождении братьев, Александрины и тётушки. Вся обстановка квартиры и библиотека Пушкина были сданы на двухлетнее хранение на склад друзьями поэта уже после отъезда семьи. И опять промашка, которую не могут простить – уже почти двести лет. Она приехала в Москву ночью, там не остановилась и не сообщила об этом отцу Пушкина. И проехала к себе в имение. Два года она пробыла в деревне. Пушкинские слова, известные каждому школьнику: «Ступай в деревню, носи по мне траур два года и потом выходи замуж, но за человека порядочного»3. Она уехала из Полотняного завода в ноябре 1838 года. Замуж вышла спустя 7 лет, в 1844 году.

Когда она вернулась с Полотняного завода, она поселилась с сестрой в очень небольшой квартире на Аптекарском острове. Там постоянно бывал друг Пушкина Пётр Александрович Плетнёв. Она была ещё более красива, чем прежде.

В Петербурге пушкинского времени и после его смерти никто не спорил о её красоте. Но жить ей было трудно. Денег было мало. Лето 1841 и 1842 годов она провела в Михайловском. К сожалению, мало кому известен факт, что памятник-надгробие Пушкину на его могиле в Святогорском монастыре, который стоит сегодня, поставила Наталья Николаевна. В течение лета она много раз бывала с детьми на могиле мужа. У неё были очень сложные отношения с опекуном. Дело в том, что Николай I после смерти поэта оплатил все долги Александра Сергеевича. Выкупил имение, приказал девочек зачислить во фрейлины, а мальчиков – в Пажеский корпус, издать пушкинские произведения за счёт двора. И выдать Наталье Николаевне 10 тысяч серебром. Это он сделал сразу после дуэли. Но всё равно было очень трудно. Она жила в Михайловском, тоскуя, мало общаясь с Осиповыми, имение которых находилось рядом. Они не любили её. Её все обвиняли. Вернувшись в Петербург в 1841 году, почти два года жила безвыездно в этой квартире. С ней всегда была Александрина.

А в 1843 году она поехала покупать ёлочные игрушки к елке, на Рождество, в знаменитый аглицкий магазин и встретила императора Николая I, который тоже приехал без сопровождающих лиц покупать ёлочные игрушки своим детям. И там они встретились.

У Булгакова есть фраза в пьесе «Последние дни», когда Николай ей говорит: «“Я давеча проезжал мимо ваших окон и жалюзи у вас всегда закрыты”». – «“Я не люблю дневного света. Зимний сумрак успокаивает меня”». Государь действительно часто проезжал мимо её дома. Но всегда жалюзи были закрыты. И он пригласил её на бал. И здесь совершена та ошибка, которую не могут простить ей до сих пор. Надев чёрное домино, она приехала на этот бал, о котором в пушкиноведении есть огромное количество самых противоречивых сведений. Это был её первый выезд после смерти Пушкина, спустя шесть лет. «Этой зимой императорская фамилия оказала мне честь и часто вспоминала обо мне, поэтому я стала больше выезжать… Императрица даже оказала мне честь и попросила у меня портрет для своего альбома. Сейчас художник Гау, присланный для этой цели Её величеством, пишет мой портрет»4. (Это – из письма Натальи Николаевны брату.)

Генерал Ланской, очень красивый человек, ему было тогда 44 года, никогда не был женат. Были слухи, что у него был любовный роман. Долгий и давний. Героиней его романа называли Идалию Полетика. И он женился на Наталье Николаевне в 1844 году. Свадьба была скромная, она состоялась 16 июля 1844 года в Стрельне, где стоял полк Ланского. Александрина оставалась жить у сестры. Николай I пожелал быть посажёным отцом, но Наталья Николаевна уклонилась от этой чести. До него сватались три человека. Она всегда выясняла прежде всего отношение к детям, каково будет отношение к детям. Никого из них она не любила. Переписка с Ланским сохранилась; частично она публиковалась, но большинство писем известно только тем, кто интересовался ими. В печати их не было. Очень много писем, одно из них задевает очень сильно.

Однажды на одном из обедов рядом с ней оказалась Елизавета Ксаверьевна Воронцова. Натали было слишком хорошо известно увлечение Пушкина Воронцовой. Воронцова не могла придти в себя от изумления, увидев Натали. Из письма к Ланскому: «“Я никогда не узнала бы вас, – сказала она, – потому что, даю вам слово, вы тогда не были и на четверть так прекрасны, как теперь, я бы затруднилась дать вам сейчас более 25 лет. Тогда вы мне показались такой худенькой, такой бледной, маленькой, с тех пор вы удивительно выросли.” …Несколько раз она брала меня за руку в знак своего расположения и смотрела на меня с таким интересом, что тронула мне сердце своей доброжелательностью. Я выразила ей своё сожаление, что она так скоро уезжает, и я не смогу представить ей Машу»5 (старшую дочь поэта).

1849 год. Наталья Николаевна уже очень стара, ей 37 лет. И в другом письме: «Я больше не в таком возрасте, чтобы голова у меня кружилась от успеха. Можно подумать, что я понапрасну прожила 37 лет. Этот возраст даёт женщине жизненный опыт, и я могу дать настоящую цену словам. Суета сует, всё только суета, кроме любви к Богу и, добавляю, любви к своему мужу, когда он так любит, как это делает мой муж. Я тобою довольна, ты – мною, что же нам искать на стороне, от добра добра не ищут»6 (письмо к Ланскому 10 сентября 1849 года). Она была очень религиозна. В день смерти поэта соблюдала пост, и было известно, что начиная с 1837 года до конца своих дней Наталья Николаевна никогда не выходила из своих комнат в дни гибели Пушкина, никогда. А так она старалась быть всегда с мужем и своими детьми.

От Ланского она имела 3 девочек. У неё было 7 детей. Эти девочки были очень заурядны. Только одна из них известна под именем Араповой, которая написала воспоминания о матери «Н.Н. Пушкина-Ланская». Все построены на естественном желании защиты Натали, они, хотя там очень много неточностей, тем не менее, очень любопытны.

В 1850 году Ланского перевели в Вятку. Он был назначен командующим дивизионом (или как-то иначе, он находился в Вятке…). Наталье Николаевне было 38 лет (она была 1812 года рождения). Она очень болела. Климат ей не подходил. При ней был вятский доктор Спасский. Он каждый день общался с Натали. Она лежала, у неё были слабые лёгкие, она болела. Когда была здорова, посещала губернатора. И очень нежно относилась к одному молодому человеку, чем раздражала Ланского. Он был ссыльный. Но Ланской, тем не менее, когда его брат стал министром нового государя Александра II, написал ему письмо с просьбой помочь этому молодому человеку. Государь вернул его в столицу. Этот молодой человек сегодня известен всему миру – великий русский писатель Салтыков-Щедрин. Он тогда не был сатириком, ещё было далеко до его великих произведений. Тогда он писал только стихи, но до конца его дней в доме висел портрет ослепительной красавицы Натальи Николаевны Пушкиной.

Кстати говоря, в письмах к Ланскому, в них нигде нет фамилии Пушкин, ни разу. Она понимала ревностное отношение генерала, который оказался замечательным отчимом для её детей. Они очень хорошо к нему относились, и он воспитывал их и тратил на них душевные силы и время.

Александрина ненавидела Ланского. Ланской это терпел. Он был уравновешен и спокоен и вёл себя сдержанно ради жены. Натянутые отношения с Александриной не привели к разрыву. Она была умна, ядовита. Когда ей было 41 год, она вышла замуж за барона Фризенгофа. И от этого брака у неё была дочь, которую она назвала в честь сестры – Наталья. Наталья Густавовна Фризенгоф, впоследствии герцогиня Ольденбургская. Так растекаются связи этой пушкинской семьи с королевскими домами. Я уже не говорю о том, что дочь Натальи Александровны и принца Нассау – Софи, графиня де Торби, похожая на свою бабушку, очень рано выходит замуж за великого князя Михаила Михайловича Романова, внука Николая I. Романовы и Пушкины породнились, это произошло.

Благодаря Софье Николаевне мы имеем сегодня письма Натали к Пушкину периода, когда она его невеста. Софья Николаевна любила только балет. У неё были две дочери, которые впоследствии стали жёнами английских герцогов, отсюда ветвь, связанная с английским королевским домом. И у Софьи Николаевны была привязанность – Дягилев. Она очень любила Дягилевский балет, не пропускала в Монте-Карло ни одного спектакля и увлекалась молодым танцовщиком, сказочно сложенным, – Сержем Лифарем. Десять писем Пушкина после смерти графини де Торби её муж, великий князь Михаил Михайлович, продал Дягилеву. У графини де Торби была и коллекция пушкинских вещей. Когда она умерла, то великий князь Михаил Михайлович, никому не нужный, остался на юге Франции, денег у него было мало, он всё время приходил к Лифарю (Дягилева уже не было в живых), и Лифарь за копейки скупил у него всё, что было ему важно.

Когда в 1937 году состоялась знаменитая пушкинская выставка в Париже – она наполовину состояла из вещей Лифаря. Это были подлинники – печатки, портсигары, полотенца, войлочные туфли. Всё было подлинное, всё принадлежало Александру Сергеевичу. Лифарь всё хотел отдать в Россию уже в 1960-х годах. Но при одном условии: чтобы ему дали возможность поставить балет в Большом театре. Но Суслов отказал. Он так ничего и не поставил. Вся его коллекция ушла на аукционы. Лифарь в последние годы жизни был женат на шведской графине Лиллан Алефельдт. Говорят, она после его смерти всё продала, а Лифарь хотел свою библиотеку – у него была коллекция прижизненных пушкинских изданий – подарить России.

Суслову писали два человека на эту тему: Фурцева и балетмейстер Григорович. Но Суслов отвечал, что Лифарь – предатель. Всё это так ушло.

Любопытно, что редчайшие пушкинские издания собирала дочь Дантеса, которая в совершенстве владела русским языком. Она кончила жизнь в сумасшедшем доме – дочь Екатерины Николаевны Гончаровой и Дантеса.

О Дантесе есть такая забавная история (всегда вспоминаю рассказ Ангелины Осиповны Степановой). Она репетировала пьесу М. Булгакова «Пушкин. Последние дни», играла Натали. Шла война. И они репетировали. Массальский репетировал Дантеса, а она – Натали. Как известно, в пьесе Пушкина нет. И Немирович-Данченко, которому было 85 лет (за 2 недели до его кончины), был очень недоволен Массальским. Однажды на репетиции он сказал: «Вы всё делаете неверно. Я ведь встречался с Дантесом на бульваре в Париже». И они все перестали репетировать. Они не могли реально представить, что перед ними человек, который видел Дантеса. А Немирович рассказал очень подробно, как он молодым человеком приехал в Париж, сидел в кафе на Итальянском бульваре, как появился необыкновенной красоты старик, которому спутники Немировича-Данченко не ответили на поклон. И Немирович спросил: «Почему вы не ответили?». Они сказали: «Ведь это Дантес, с ним неприлично здороваться». Это было в начале 80-х годов прошлого века…

Александрина встречалась с Дантесом. Существуют разные версии, почему в её доме, в замке Бродяны висел портрет Дантеса. Она умерла в 1891 году, есть легенда, что при ней обнаружили шкатулку, которую она никому не показывала. После её смерти открыли шкатулку, и там был тот самый знаменитый пушкинский перстень, который он ей передал, прощаясь с Александриной перед смертью. Александрина была образованным человеком, но с тяжелейшим характером, в отличие от Натали. Судя по всему, у Натальи Николаевны характер был очень мягкий. Она была очень молчалива.

Натали заболела в 1859 году. Прожила она 51 год. Похоронена, как известно, в Петербурге – Наталья Николаевна Ланская. Не оставив никаких воспоминаний. Тогда это было не принято. В начале 1950-х годов Наталья Николаевна прислала на дом первому биографу Пушкина, П.В. Анненкову, два сундука с бумагами поэта. Это было время, когда она пришла к мысли вновь издать сочинения Пушкина – после 1837 года они не переиздавались. В 1855-1857 годах П.В. Анненков выпустил второе собрание сочинений Пушкина.


В тех письмах, которые были найдены в ЦГАД (Центральный Государственный архив древних актов), меня лично больше всего задели её письма к брату. Она пишет брату только о деньгах. Ничего общего с образом божественной красавицы. Вот её письмо брату Дмитрию от 28 апреля 1836 года. До гибели поэта остаётся меньше года. «…Теперь я поговорю с тобой о делах моего мужа. Так как он стал сейчас журналистом, ему нужна бумага, и вот как он тебе предлагает рассчитываться ним, если только это тебя не затруднит. Не можешь ли ты поставлять ему бумаги на сумму 4500 в год, это равно содержанию, которое ты даёшь каждой из моих сестёр; а за бумагу, что он возьмёт сверх этой суммы, он тебе уплатит в конце года. Он просит тебя также, если ты согласишься на такие условия (в том случае, однако, если это тебя не стеснит, так как он был бы крайне огорчен причинить тебе лишнее затруднение), вычесть за этот год сумму, которую он задолжал тебе за мою шаль»7. И вот из другого письма, июль 1836 года: «…Я считаю даже своим долгом помочь моему мужу в том затруднительном положении, в котором он находится… Мой муж дал мне столько доказательств своей деликатности и бескорыстия, что будет совершенно справедливо, если я со своей стороны постараюсь облегчить его положение»8.

Вообще образ, который создали Вересаев, Щёголев, – образ легкомысленной красавицы. «Счастие или грусть – Ничего не знать наизусть», как писала Марина Цветаева. «В пышной тальме катать бобровой, Сердце Пушкина теребить в руках, И прослыть в веках – Длиннобровой, Ни к кому не суровой – Гончаровой» (I, 325). Это, конечно, гениальные строчки, но жизнь была грубей. Наталья Николаевна была в сущности очень несчастливым человеком, несмотря на всю свою сказочную красоту. Конечно, и Щёголев и Вересаев – знаменитые знатоки, но они писали, не владея теми материалами, которые сегодня известны. Сегодня известна переписка с Александриной, письма к брату, переписка Александрины с Екатериной Николаевной.

Екатерина Николаевна жила в заброшенном Богом Сульце. У неё тоже было 4 детей: 3 дочери и сын. Она понимала, что Натали никогда ей не простит не столько дуэли, сколько того, что Екатерина знала о дуэли и не сообщила Натали. То, что она не сообщила об этом Натали, – ранило Наталью Николаевну. Это она простить не могла. Когда маменька в имении отмечала день памяти Екатерины Николаевны, то Натальи Николаевны никогда не было в имении. Она отстранялась от этого.

Тогда была другая эпоха, не давали интервью, не рассказывали о своей личной жизни. Вокруг была тайна. И тайна сохранилась, потому что Наталья Николаевна действительно была увлечена Дантесом. Она танцевала с ним на балах – это факт. Действительно имело место свидание в доме Идалии Полетика – тоже факт. И никто не знает, что было на этом свидании – оно было кратким. Она чувствовала свою вину, откуда её моленья, – хотя всегда была очень религиозна. Но эти январские моленья, которые длились до конца её дней, поражали окружение. Она действительно не замечала своей красоты, была умна, это видно по её письмам, по тому, как она организовывает быт при Пушкине и после него. Самый лучший портрет Натальи Николаевны – это письма Пушкина к ней. Из них ясно, как он её любил, как ей доверял. Она была ещё девочкой. Вдова в 24 года с четырьмя детьми, семилетнее затворничество до второго брака с Ланским – всё это мало описано.

Точные сведения можно встретить в письме пушкинского друга Плетнёва. Плетнёв пишет: «Не обвиняйте Пушкину. Право, она святее и долее питает меланхолическое чувство, нежели бы сделали это многие другие»9. В другом письме: «Вечер… просидел у Пушкиной жены и её сестры. Они живут на Аптекарском, но совершенно монашески… В её образе мыслей и особенно в её жизни есть что-то трогательно возвышенное. Она не интересничает, но покоряется судьбе»10.

Естественно, до конца дней она несла тень случившейся трагедии. Странные были отношения Дантеса и Геккерна при живых родителях. И то, что впоследствии Геккерн не упоминается в письмах Екатерины Николаевны. И то, что были тяжёлые взаимоотношения с дочерьми, особенно с той, которая в 16 лет в память о матери изучила русский язык и любила «Евгения Онегина», читая его наизусть, чем раздражала Дантеса. Дантес занимался политической карьерой, стал сенатором.

Непонятно, почему из трёх братьев Гончаровых Иван Николаевич до конца своих дней переписывался с Дантесом, ездил к нему, встречался с ним. Вопросы, на которые трудно ответить.

Наталья Николаевна жила скромно, в семье, находясь в тени. Умирала она при детях, на руках сына, которого любила больше всех детей, – Александра. Александр Александрович – была её любовь. И все дети знали, что из семи детей она больше всего любит Александра. Она и умерла у него на руках, тихо, в присутствии врачей, Ланского, Григория Александровича, Марии Александровны. Не было только Натальи Александровны – она была за границей, ей даже не могли сразу сообщить о смерти маменьки, потому что она была то ли в Испании, то ли во Франции.

Что осталось нам? Портреты, могила, письма. Нет её писем к Пушкину.


Судьба её всё равно волнует людей. И волнует не только сказочная красота и некоронованный титул первой красавицы России. А то, что она была связана с Пушкиным, который её любил. Это очевидно. Достаточно прочесть маленькую записку его к Хитрово. Он её оберегал от высшего света и писал Елизавете Михайловне: «Покровительницы, которых Вы так любезно обещаете, слишком уж блестящи для моей бедной Натали. Я всегда у их ног, так же как и у Ваших». 18 мая 1830 года11. Он вообще не хотел приближения Натальи Николаевны к свету. И, наверное, этого и не было бы, если бы они не переселились в Царское. После женитьбы Пушкин написал Плетнёву: «Я женат – и счастлив; одно желание моё, чтоб ничего в жизни моей не изменилось – лучшего не дождусь»12.

Достаточно короткая по нынешним меркам жизнь одной из самых загадочных женщин, загадку которой с наслаждением разгадывают и будут разгадывать после нас.

_______
Примечания:
1 Ободовская И., Дементьев М. После смерти Пушкина: Неизвестные письма. М., 1980. С. 331.
2 Там же.
3 Скрынников Р.Г. Дуэль Пушкина. СПб., 1999. С. 289.
4 Ободовская И., Дементьев М. Указ. соч. С.125.
5 Там же. С. 164.
6 Там же. С. 133.
7 Ободовская И., Дементьев М. Вокруг Пушкина: Неизвестные письма Н.Н. Пушкиной и её сестёр Е.Н. и А.Н. Гончаровых. М., 1975. С. 17-174.
8 Там же. С. 175-176.
9 Ободовская И., Дементьев М. После смерти Пушкина. С. 78.
10 Там же.
11 Письма Пушкина к Елизавете Михайловне Хитрово. 1827-1832. Л., 1927. С. 54.
12 Пушкин А.С. Полн. собр. соч. В 10 т. Т. 10. Письма. М., 1966. С. 340.

Прочитано 292 раз

 



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс цитирования